Очки и рюмка Григория Лепса, икона Стаса Михайлова в позолоченном шкафу и пуанты «Багини» Волочковой, вилка, показывающая средний зубец-палец, и холодильник-гроб с сахарком, но ни одной девушки на лабутенах — в Ростове открылась выставка Сергея Шнурова «Ретроспектива брендреализма». Корреспондент «РО» побывала на открытии, поговорила с искусствоведом о брендах и абсолютном духе и стала соавтором Шнура. Только он об этом не знает.

Когда идешь на выставку современного искусства, всегда испытываешь небольшое волнение и даже страх: а вдруг чего-то не поймешь или не разглядишь в приставленном к стене стулу скрытые смыслы, и БРЕНДреализм так и останется для тебя, неуча, БРЕДреализмом. На этот раз повезло. Смыслы не были спрятаны так глубоко, что «не раскопаешь», а некоторые и вовсе лежали прямо на поверхности. И искать их было весело и интересно.

Главный экспонат

Самого Шнурова на открытии выставки в Ростове не было. Судя по его Инстаграму, он сейчас читает литературоведа Юрия Лотмана, плавает в океане и поет песни Пугачевой на Бали. Но в то же время он с нами был.

— Шнуров присутствует в каждой из представленных на выставке работ, — говорит директор Ростовского областного музея изобразительных искусств, искусствовед Светлана КРУЗЕ. — Потому что, как он сам говорит, главный экспонат на этой выставке — он сам. Шнуров давно стал брендом. И у него есть главное, что необходимо для продвижения современного искусства, — единая концепция. Я обращала внимание, что очень многие концептуальные проекты сегодня «разваливаются», потому что или к концепции притягиваются работы, не всегда ей соответствующие, или работы бедны смыслами.

По словам Светланы Крузе, Ростов стал третьим российским городом после Питера и Москвы, в котором проходит выставка «Ретроспектива брендреализма».

— Но мы первый традиционный музей, который представляет подобную экспозицию. Предыдущие проходили в галереях современного искусства. Но я считаю, что традиционный музей должен показывать совершенно разные аспекты творчества. Такого необычного и глобального проекта у нас не было со времен Первой Южно-российской биеннале современного искусства (она состоялась в Ростове в 2010 году. — Прим. «РО».), — рассказывает она.

Бог не выйдет из бутика!

Еще одно ростовское ноу-хау — экскурсовод. Никогда раньше по «Ретроспективе брендреализма» не проводили экскурсий, во время которых научный сотрудник музея рассказывал бы о скрытых смыслах, творческом замысле и посылах художника, стоя у колоколов, у которых вместо «языка» — пенис, и других эпатажных объектов. А рассказать есть о чем.

Два этажа — второй и третий, картины и инсталляции, выполненные в разных стилях и техниках, — всего около 200 работ. Все сделаны под брендом «Сергей Шнуров», но свою руку к работам Шнур ни разу не приложил — они выполнены руками других людей. На вопрос, сколько человек все это делало и как их зовут, куратор выставки «Ретроспектива брендреализма» Ангелина РУБАН ответила, что это не важно. Важен сам факт того, что это сделал кто-то другой.

— В работах Сергея Шнурова мы видим тройное отрицание: в них нет авторства, нет единого посыла и нет одной техники, — объясняет младший научный сотрудник Ростовского областного музея изобразительных искусств Дарья АРЖАНОВСКАЯ.

А на вопрос, есть ли у Шнурова последователи, гостья из Питера Ангелина Рубан сказала, что их пока замечено не было.

— Выставка достаточно противоречивая и неоднозначная. И я говорю не столько о ее содержании, сколько о концептуальном значении. Предметом брендреализма являются не реальные объекты, а структура реальности, в которой мы с вами находимся. Согласно постулатам брендреализма человек XXI века — это человек, окруженный так называемыми продуктами-брендами. Он одевается в бренды, передвигается на брендах, ест бренды, он выбирает их объектами своего поклонения. И происходит подмена ценностей, когда последняя модель модной марки может стать элементом эмоционального вожделения (взять хотя бы длинные очереди, выстаивающиеся возле магазинов в первые дни продажи новой модели Айфона. — Прим. «РО».), заменяя собой ценности настоящие, — говорит Ангелина Рубан. — Брендреализм относится к этому критически. Бог не выйдет из бутика!

По ее словам, брендреализм говорит о том, что эти вещи не позволят нам внутренне обогатиться и не приблизят нас к познанию настоящей реальности. Но на этом Шнуров не останавливается.

— Он критикует и современное искусство. Оно сегодня — тоже бренд. В погоне за своим потенциальным потребителем художники пытаются во всем ему угождать. И теряется тот самый сакральный смысл, который происходит между художником и материалом. Тем более в эпоху технического воспроизводства, когда художнику даже необязательно взаимодействовать с материалом, и он может подать идею, а другие люди воплотят ее в жизнь. (Тут мне вспомнился другой современный русский художник, Кирилл Шаманов, и его таджик-арт. Правда, тогда гастарбайтеры-таджики не воплощали идеи Шаманова, а копировали шедевры абстрактного экспрессионизма. — Прим. «РО».) Как делает сам Шнуров. И здесь есть элемент противоречия. Несмотря на то, что брендреализм ко всему перечисленному относится критически, все, что мы видим, — это экспонирование брендов. Таких конфликтов здесь очень много, — добавляет Ангелина Рубан.

18+

По словам Светланы Крузе, современное искусство многослойно, и ту или иную работу Шнурова можно трактовать совершенно по-разному:

— В них много смыслов, много игры слов. Вот, к примеру, работа «Абсолют». Перевернутая бутылка водки, внутри которой нарисован портрет немецкого философа Гегеля. Если помните, его философия — это философия абсолютного духа. Когда Шнурову сказали, что некоторые видят здесь не Гегеля, а портрет с долларовой банкноты, он ответил: «Ничего страшного. Гегель и доллар — это почти одно и то же». У Шнурова есть чувство юмора. И оно, на мой взгляд, очень тонкое. Некоторые работы эпатажны и откровенны, но в каждой есть идея, апелляция к истории, ведь бренды существуют не со вчерашнего дня. Вот, например, «Кубик Мондриана». Известный нидерландский художник-абстракционист Пит Мондриан и его картины-решетки с ячейками, закрашенными красным, синим и желтым цветом — настоящий бренд. Его Шнуров сплавил в единое целое с другим брендом — кубиком Рубика. А если обратиться к истории моды, то можно вспомнить, что работы Мондриана использовал в своих коллекциях модный дом Ив Сен-Лорана — еще один бренд. Вы можете увидеть и другие.

Организаторы выставки говорят, что направление «брендреализм» появилось в 2007 году. Но мне самой оно очень напомнило другое, возникшее еще в конце 50-х годов прошлого века, — поп-арт. Чем брендреализм отличается от поп-арта, мне никто объяснить не смог. Но с тем, что, к примеру, бочки с российской нефтью Шнура очень напоминают банки с американским супом Уорхола, все соглашались.

На просьбу описать свои впечатления от выставки известный ростовский фотограф Глеб САДОВ, который без сомнения, сам является брендом, ответил:

— Слова «прекрасно» и «замечательно» будут слишком банальными для этого, а все, которые хотелось бы сказать, непечатные. Много подходящих слов есть у Сергея Шнурова в песнях. И вы их знаете.

Если хотите задуматься о том, что было раньше — курица или яйцо, увидеть, как выглядит «Легкое похмелье», решиться, наконец, почитать Гегеля, записать телефонный номер, обещающий любовь, и посмеяться или погрустить над сегодняшней реальностью, то идите… в музей.

Больше фотографий в нашем фоторепортаже.